Право вне государства: на чём держится юрисдикция

Идея принадлежала Международному олимпийскому комитету. Устав CAS вступил в силу 30 июня 1984 года, местом арбитража выбрали Лозанну. Слушания могут проходить где угодно, но место разбирательства всегда швейцарское, а значит, к процедуре применяется швейцарское право.

Держится всё на одной строчке в регламентах федераций. Подавая заявку на соревнование, спортсмен или клуб принимает правила, где записано согласие решать споры в CAS. Формально это добровольное соглашение, фактически выбора нет — отказаться от оговорки можно только вместе с участием в соревнованиях. Так спорт выстроил вокруг себя параллельный правопорядок с инстанциями и правилами допуска.

Но работает он не везде. Там, где затрагиваются деньги обычных граждан, государство полномочия не отдаёт, и лицензирование букмекеров — наглядный пример. Принимать официальные ставки вправе только компании с разрешением конкретной страны. Такая практика действует не только в России, но и в большинстве стран СНГ. Например, легальные азартные операторы Таджикистана, представленные на профильном сайте о ставках Legalbet, имеют лицензии от Министерства финансов.

Дело Гунделя: как арбитраж отделили от олимпийского комитета

Первую проверку система прошла в 90-е. Немецкий конник Эльмар Гундель в феврале 1992 года обратился в CAS, оспаривая санкцию за допинг у своей лошади. В октябре арбитраж сократил дисквалификацию с трёх месяцев до одного и слегка уменьшил штраф, но по существу жалобу отклонил.

Тогда спортсмен пошёл дальше — в швейцарский Федеральный суд. Решение от 15 марта 1993 года вышло двойственным. Суд признал лозаннский орган настоящим арбитражем, но указал на слишком тесную связь с Международным олимпийским комитетом. МОК финансировал CAS, назначал арбитров и мог менять устав. В 1994 году появился Международный совет спортивного арбитража, забравший управление и финансирование.

Узкая дверь: можно ли обжаловать решение CAS

Место арбитража определяет и маршрут обжалования. Раз это Лозанна, идти можно только в Федеральный суд Швейцарии, где проверяют не спор по существу, а процедуру. Оснований для отмены пять:

• состав арбитров сформирован с нарушением правил;
• арбитраж признал себя компетентным там, где не должен был;
• решение вышло за пределы требований или ответило не на всё;
• нарушено равенство сторон или право быть выслушанным;
• решение противоречит публичному порядку.

Факты швейцарский суд не пересматривает. Поэтому доля отменённых решений остаётся ничтожной, а арбитраж в Лозанне на практике оказывается последней инстанцией.

Согласие под давлением: как два дела дошли до Страсбурга

Иногда спортсмены пробовали пробиться через другую дверь — Европейский суд по правам человека. Логика жалоб была общей. Если согласие на арбитраж вынужденное, то и разбирательство обязано отвечать стандартам справедливого суда.

Румынский форвард Адриан Муту в 2004 году попался на запрещённых веществах, и футбольный клуб «Челси» расторг с ним контракт. В мае 2008 года ФИФА обязала игрока выплатить клубу 17,17 млн евро. Клуб требовал больше, но в июле 2009-го CAS отклонил апелляцию и оставил сумму прежней, поскольку не мог выйти за пределы заявленных требований. Муту же настаивал, что один из арбитров связан с юрфирмой владельца клуба.

Конькобежке Клаудии Пехштайн в 2009 году дали двухлетнюю дисквалификацию по отклонениям в показателях крови, хотя положительной пробы не было. В ноябре CAS санкцию подтвердил, а в открытом слушании спортсменке отказали.

Обе жалобы ЕСПЧ рассмотрел вместе в октябре 2018 года. Доводы Муту отклонил, а отказ Пехштайн в открытом слушании признал нарушением. Дисквалификацию это не сократило, зато CAS переписал регламент и начал проводить публичные слушания по дисциплинарным и этическим делам, если сторона об этом просит.

Дело Семени: спор о глубине швейцарского надзора

Третье дело выбивается из этой пары. Бегунья Кастер Семеня оспаривала правила World Athletics о снижении тестостерона, прошла CAS, затем швейцарский Федеральный суд и дошла до Страсбурга. В июле 2025 года ЕСПЧ признал швейцарскую проверку решения CAS недостаточно тщательной.

По существу самих правил Большая палата высказываться не стала — претензия касалась не содержания норм, а того, насколько внимательно национальный суд обязан читать решение арбитража, когда на кону профессия спортсмена.

Итог трёх процессов простой. Систему не отменили и не заменили, но заставили переделать процедуру и всерьёз усомнились в том, достаточно ли одного швейцарского надзора над арбитражем, решения которого действуют по всему миру.

*Статью подготовил эксперт Legalbet Янис Плиско